Как написать роман? Урок 2


Продолжение Истории (см. начало здесь)

После двух написанных романов и огромного числа рассказов разного калибра и качества, я подошел к той черте, когда о себе хочется заявить. То есть я банально возжелал славы. И не в кругу семьи. О моих творческих способностях друзья, одноклассники и учителя в принципе знали. Я писал довольно объемные сочинения, строчил стихи на полях в тетради и даже набирал статьи в классном журнале. Правда, последний входил в обязательную программу «вырасти культурным человеком», которую продвигала наш классный руководитель, и писал я туда скорее потому что надо. Были некоторые попытки сделать школьный ежемесячник популярным изданием с сенсациями и расследованиями, но эту идею зарубили в зародыше по понятным причинам.

Еще я отметился созданием довольно пошлых юмористических сборников, в которых главных героев изображали прототипы моих лучших друзей, а события отмечали те или иные школьные локации, примечательности и происшествия. Похоже это было на любительскую версию «Tenacious D», «Догмы» и «Эммануэль» в одном флаконе и пользовалось определенным успехом, если это можно так назвать. Но если отодвинуть в сторону малозначительную деятельность, которой в свободное время занимались другие ученики (смартфонов тогда не было, представьте себе) в реальности о моих писательских желаниях практически никто не догадывался. Меня это, конечно, немного расстраивало и однажды вечером, после просмотра какого-то молодёжного сериала, я вдруг загорелся идеей написать полноценный роман без скабрёзностей и заимствований, но про школьников.

Название я выбрал довольно оригинальное — «Солдатики». Мне тогда было семнадцать лет, я считал себя пупом земли, а свой круг общения элитарным, переживающим некий великий перелом в личной жизни и жизни социума. Да, я болел максимализмом, считал мир дерьмом, а жизнь не стоящей больших усилий. Словом, типичный сосунок в розовых очках. Именно таким и получился роман: идеалистический, набитый карманной философией, ребяческим жаргоном и неимоверной тоской.

Читая его сегодня, спустя столько лет, понимаешь, насколько наивным идиотом я был и насколько грязно я писал. Однако именно «Солдатики» стали тем прорывом, которого я добивался. Мой близкий друг первым прочел его, о чем известил по телефону, предложив выставить бутылку пива. Учитывая тогдашние бедные времена, особенности продажи алкогольных напитков несовершеннолетним и строгую политику школы, сделать такое предложение было все равно что признаться в любви. По-мужски, конечно.

Я был счастлив. Я был благодарен. И я без колебаний согласился дать почитать роман другим людям. Чуть позже еще один мой друг, счастливый обладатель компьютера, ужасно дорогушей вещи по тем временам, предложил сделать печатную версию. И вот она уже действительно пошла в народ, а я на короткое время стал местечковой знаменитостью. Смею сказать, что далеко не все отзывы были хвалебными. Раздавались и вполне себе адекватные критические замечания, но я предпочитал их не замечать. С раздутым самомнением я изображал из себя великого творца, которому подвластно время и пространство. При этом я даже не решался внести элементарные исправления в свое произведение. Что уже говорить о редактировании и переписывании.

Раз людям нравится, значит оно идеально, думал я. И ошибался. Сейчас-то я отлично знаю, что в единственное по-настоящему ценное в «Солдатиках» — это их тематика. В романе описаны люди моего поколения, их мысли и страхи, надежды, разочарования — все в заковыристой, но в целом понятной молодежи форме. Получилось концептуальное изображение эпохи на границе тысячелетий. Люди верили в написанное, сопереживали плоским героям, ставя себя на их место. Но вдали от конкретной школы и даже конкретного класса «Солдатики» не представляли собой ничего выдающегося. Это был скверная рукопись с массой ошибок, буквально стонущая о моей неопытности.

К сожалению, я не прислушался к критике, из-за чего долгое время считал себя гением как Флоренс Дженкинс. Это еще один полезный вывод: хороший роман не пишется впопыхах, а куется в долгой и кропотливой работе. Слушайте критику в первую очередь, а похвалу оставьте на потом.

История временного успеха на «Солдатиках» не закончилась. Примерно через месяц состоялось еще одно событие, которое окончательно убедило меня в моей (мнимой) богоизбранности — в нашу школу пришли люди из Ротари клуба. Я не буду расписывать, кто это такие и чем они занимаются, думаю вы сможете легко отыскать это в интернете. Самое важно в этом визите, что они пришли организовать конкурс сочинений. Я уже не помню темы, но это было что-то вдохновлённое, интеллектуальное.

В конкурсе приняло участие много людей, но я попал на него совершенно случайно, просто оставшись после школы зависать с друзьями и от нечего делать решил сходить посмотреть, что да как. Чувствуя в себе некоторый подъем я решил вместо стандартных замечаний, написать трактат о разговоре трех существ, олицетворяющих разные точки зрения. Такие себе беседы и софизм. Истина познается в диалоге. И на дне бокала.

Конкурс прошел, и я моментально забыл о нем. У меня было достаточно дел, как у старшеклассника перед финальным экзаменами и поступлением в ВУЗ. Однако через некоторое время моя знакомая мимоходом сообщила, что вскоре пройдет церемония награждения лучших сочинений конкурса, устроенного этим же самым Ротари клубом. Всех конкурсантов позвали в актовый зал. Идти мне не хотелось, но любопытство все-таки победило лень, и я оказался в битком набитом помещении. Совершенно не слушая речи ведущих, я зевал, смотрел в окно, пока мои соседи, тоже участвовавшие в конкурсе, не позвали меня на сцену.

Мы, кажется, человек десять, вышли перед собравшимися и получили по грамоте от организаторов. Не то что бы это было огромной неожиданностью. Грамоты вручались и раньше за любую мало-мальскую победу — пережиток советской эпохи и способ показать юным дарованиям, что их усилия не напрасны. Никакой практической пользы эти бумажки не имели, и теперь пылятся где-то на антресоли. Но моя — оказалась какой-то другой, темнее со странными полосами и гадким перламутровым отливом, что меня особенно покоробило. Я даже шепнул своему другу, что, мол, давай поменяемся грамотами, дескать, моя совсем бракованная. На что он удивлённо цокнул языком и ответил, что грамота победителя обмену не подлежит.

Я ему не поверил. В это просто не возможно было поверить. Пару сотен человек писало сочинение. И я делал это без какой-то задней мысли, просто убивая время после уроков. Выиграл? Не смешите меня. Это было невозможно…

Но затем ведущий назвал мою фамилию и рассказал о сочинении, о необычном подходе и прочих достоинствах, выводя меня на центральное место перед аудиторией. Я был шокирован, ошарашен, даже испуган. Многие люди тоже недоумевали. Помню, как ко мне подошел учитель литературы, который понятия не имел о моем «таланте», и громко хмыкнул, выражая таким образом то ли возмущение, то ли насмешку, то ли своеобразное признание заслуги.

Кстати, победителя не оставили с пустыми руками. Мне подарили книги от Ротари клуба и дорогущий фотоаппарат «Олимпус» с автоматическим затвором. Я долго не мог прийти в себя, в трансе пожимая руки каким-то незнакомым дядям, сбивчиво давая интервью невесть откуда взявшимся журналистам. Словом, это была церемония Оскар, на которой я сидел в гостевой ложе и неожиданно оказался лауреатом. После такого, наверное, становятся верующими людьми. Однако я был верующим с рождение и вряд ли заслужил такую честь от небесной канцелярии.

По прошествии определённого срока я понял, что на самом деле этот конкурс был не таким уж значительным, а мой успех был задвинут на задний план, когда журналисты прилипли к другим ученикам, медалистам, олимпиадникам, оставив доморощенного писателя в стороне. Я был на седьмом небе от счастья и не замечал досадного факта. Слепой от признания. Слепой и глухой.

Однако кое-что полезное я все-таки вынес из знаменательного события. Если мой спустя рукава написанный роман заслужил такой почести, то что ждет произведение, над которым я действительно поработаю?

Но начал я не с романа. а с рассказа по названием «Апокалипсис». Он рассказывал о супружеской паре в канун конца света. Но весь ужас за окном — всего лишь отражение их зашедшего в тупик брака. Рассказ я дал почитать двум-трем самым близким и самым критически настроенным приятелям, и они нашли его неплохим. Это слово вызвало во мне определённый диссонанс.

Однако я не остановился и решил попробовать прыгнуть повыше, послав несколько других своих рассказов в городскую газету для молодёжи. Чуть позже меня пригласили на собеседование, где импозантная тетушка долго-долго рассказывала про досуг и здоровый образ жизни, а потом неожиданно заявила, что готова запустить мои произведения в тираж, но только с серьёзными правками. Правки и впрямь оказались такими, что я буквально не узнал свои творения. Это был мой первый опыт работы с настоящим редактором. Я был юн и не ведал, что можно отстаивать своё мнение. Очень зря. Потому что ушедшие в печать рассказы были на меня непохожи, пресные, потерявшие львиную долю первоначального замысла. И все же это был реальный шаг вперед — меня издали. Это значит, что я имел потенциал. Никто бы не стал просто так печатать в газете творчество школьника, когда можно было заполнить страницу объявлениями.

Свои рассказы я не подписывал, а использовало псевдоним «Отшельник». Я словно подсознательно хотел отделиться от газетной версии, но каким-то образом о ней узнали в школе и очень быстро рассказы стали достояниям публики. И они ей не понравились. И не должны были. Это были не дружелюбные «Солдатики», а совершенно автономные произведения, мистические и загадочные, прошедшие к тому же беспощадную редактуру. Я видел в них не своих детей, а скорее дальних родственников. Словом, я постарался сделать вид, что рассказы меня не касаются, а чуть позже я и вовсе оборвал контакты с газетой. Выпускной был на пороге — мои писательские этюды пришлось позабыть.

Относительное затишье в творческой карьере продлилось около года, аж до середины первого курса университета, то есть до того момента, когда я осознал, что опять попал в школу, только гораздо более свободную, и что бояться преподавателей, как учителей, не стоит. Говоря человеческим языком, я научился быть студентом, в меру гулящим и бессовестным. Самое важное, что новые люди, новые препятствия и новая самостоятельная жизнь подарили мне многогранный опыт, который тут же захотелось воплотить в словах.

Я вновь засел за роман, но вместо того чтобы писать о чем-то современном и окружающем меня, я почему-то взялся за школьные годы. Уже глазами зрелого человека, но все так же находящегося в плену туманных идеалов. Роман писался тяжело, с перерывами. Ностальгия за беспечным детством — плохой помощник в создании нереального мира. Те отрывки, которые я правдами и неправдами давал почитать друзьям, в том числе новоприобретённым, не вызвали у них ожидаемой мною реакции.

Я обратил внимания на фальшивые комплименты и натужные улыбки. Нет, конечно, мое умение подросло, литературный инструментарий расширился, но я по-прежнему бродил в трех соснах и никак не мог найти свою путь, продолжая создавать бледные копии других шедевров. Печальнее всего, что я отказывался верить, что совершаю ошибку, считая каждый свой роман достойным кожаного переплета. Я не работал над улучшением стиля, в основном только накапливая знания. Усвойте очередной урок: годы не делают вас лучше, только труд.

С переменным успехом я продолжал строчить однообразные поделки, утомляя себя, знакомых, которые из вежливости не могли мне отказать и читали мои работы, за что им низкий поклон, но уже скоро меня ждало жестокое прозрение. А случилось оно благодаря литературному конкурсу, проводимому одним телеканалом. Его участникам предлагалось написать повесть, роман или киносценарий, а победители получали возможности быть изданными и денежную премию. Само собой, от такого заманчивого предложения я не мог отказаться. Уже имея тогда компьютер, я довольно быстро набрал текст (да, я продолжал и продолжаю писать от руки — почему, я расскажу в одном из выпусков), благодаря Word почистил самые очевидные «очепятки» и бросил роман на указанный организаторами почтовый ящик.

Дальше я стал с нетерпение ждать результатов, не догадываясь, что рассмотрение рукописей может занимать от месяца до трех и больше. Часто у людей, ответственных за разбор почты, вообще не доходят руки до присланных романов или они забывают их, нечаянно стирают или просто игнорируют по тем или иным причинам. Если вы — неизвестный автор, попасть в поле видимости редактора задача очень непростая. Я этого тогда не знал, поэтому проверял свой ящик буквально каждый день, а то и несколько раз на день, искренне недоумевая, почему в нем не лежит ответное сообщение.

Я даже подумывал опять отправить роман или позвонить в редакцию по указанным телефонам, но где-то через полтора месяца я все-таки получил письмо. Вернее, это была просьба изменить формат документа в связи различной версией текстового редактора. Это я сделал и вновь переслал роман. Теперь ждать мне пришлось около недели. Я получил целых две строки в ответном сообщении: «Ваш роман огромен. Вы можете разделить его на части?».

О да, мой роман действительно был велик. Почти два мегабайта текста — роскошь графомана. Но я не осознавал, как это плохо, считая, что чем больше слов, тем больше удовольствия. Как с мандаринами, верно? Цитрусовые такие сладкие и сочные… ешь не хочу! Да только ведь у меня по аналогии было зелено и кисло. Но я была гордый и самовлюблённый, у меня на столе лежал выигранный фотоаппарат, напоминающий о моей исключительности, так что ответил я следующее: «роман хорош и так, он не требует переделки».

Больше писем я не получал. И конкурс я не выиграл.

Мой первый по-настоящему неудачный опыт ввел меня в состояние близкое к депрессии. Я был подавлен, раздражен и в немалой степени возмущён подобным раскладом. Я грозил невидимому обидчику кулаком, представлял в мыслях, как буду ему мстить, но подсознательно я начал понимать, что проблема не в бесчувственном редакторе, а во мне.

Мой юниорский стиль, которым я смог завоевать призы в школьные годы, застыл на месте. А без движения вперед, без роста, без усилий никаких позитивных результатов ждать не приходилось. Фактически я должен был наконец признать, что, несмотря на талант, я пишу не на том уровне, на котором нужно. Еще один важный урок: следует своевременно признать свое несовершенство. Нащупать дно и начать восхождение.

И вот задача: каким образом выявить проблему? Хотя я уже прочел немало книг, служащих подспорьем в писательском ремесле, я не мог определить исходную точку. Как больной не способен начать лечение без точного диагноза, так и мне требовался компетентный специалист. Друзья могут быть хорошими критиками, но они не помогут исправиться. Сделать это может лишь другой писатель, лучше вас, который захочет уделить вам время. Так что советую сразу, на заре деятельности, найти надёжного человека, который всегда сможет указывать вам путь в тумане. Толкать в нужном направлении. Ругать если потребуется. Поучать. Стыдить. Поощрять. Найдите себе гуру, мастера критики, рационального мыслителя, книголюба. Заручитесь его поддержкой хотя бы на первых порах, а дальше простой следуйте намеченному курсу, не переставая грести.

Мне дико повезло, что в моей жизни такой человек появился. Хоть и ненадолго, но он стал моим ментором. Я никогда его не видел и даже не знаю его настоящего имени. Когда я с ним познакомился, он работал редактором в одном из ведущих издательств. Он первый, кто решил ответить мне по-настоящему, а не шаблонным «ваш роман нам не подходит, желаем успехов». В серии писем и, позднее, в режиме чата мы обсудили практически все главные недостатки моего романа, а также, что мне нужно было делать, чтобы улучшить положение. Мы говорили примерно полгода, почти каждый день. Это была сугубо творческая беседа, никто не спрашивал о жизни и делах семейных. И когда я заметил, что начал задавать вопросы по второму кругу, он наконец сообщил мне, что нам следует закругляться. Я, конечно, предпринял еще несколько попыток поговорить с ним, но безрезультатно. Наши сеансы подошел к концу.

Не знаю почему этот мудрый человек решил уделить мне столько времени. Возможно, он проникся моим беспорядочным стилем, возможно ему был скучно, и он решил преподать мне урок, а может он увидел во мне себя в молодости. Это неважно по сути. Самое главное, что он начертил на для меня ориентиры, которым я продолжаю следовать до сих пор. И поверьте, этой дорожной картой следуют почти все профессиональные авторы, независимо от страны и национальности. То, что я собираюсь рассказать — никакая не магия, а самые обыкновенные доступные каждому методики. Но ключевое в учебе — это желание. Без него ничего не получится.

Я не стану говорить, что едва я последовал правильным советам, моя писательская карьера пошла ввысь. Отнюдь. Как я уже говорил, талант и усилия не всегда являются определяющими. Без удачи не обойтись. Ваш шедевр может банально пропасть, а вы будет считать себя никому не нужным бездарем — такое случается, чаще чем вы можете себе представить. Я читал любительские романы, перед которыми меркнут всякие «Сумерки» и «Голодные игры», но эти романы и их создатели давно сдались, перестали верить в книжный мир и занялись чем-то другим, более выгодным и приземленным.

Да, отдавать себя фантазиям полностью может далеко не каждый и не каждый должен. В наших просторах жить писателем практически невозможно, но это не значит, что нужно сдаваться. После серии личных бесед мне лишь единожды мне удалось издать повесть в литературном сборнике. А еще поэму в непрофильном журнале. Но однажды мои целеустремленность и настойчивость были вознаграждены — и одна моя книга была издана. Потом я узнал, что мир писателей не такой белый и пушистый, каким я его себе представлял, и я вновь получил культурный шок и сделал серьёзный выбор между творчеством и ширпотребом, который оказался тяжелым, но правильным.

Сегодня я продолжаю писать, хотя бы для этого сайта, а также работаю над другим проектом (сценарием для игры), но я не забывая о традициях и чувствах. Я уверяю, что вы можете достигнуть чего угодно, если будете стараться, а учитывая везение, вы, возможно, пойдёте дальше чем я. Любой достойный автор заслуживает признания.

Как вы уже могли догадаться, я построю эту серию на тех советах, которые я получил и которые прошли проверку в реальности. С поправкой на нынешний год, конечно. Кое-что уже безнадежно устарело, но многое останется девственным всегда, покуда люди будут читать.

Итак, добро пожаловать в мой скромный уголок, где вы наконец узнаете, как написать свой первый настоящий роман. От начала до конца.

Продолжение следует…

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s